Ссылка на сообщение :
 
   
 
 
   
© 2004 - 2014 Rambov.ru
 
   
 
 

Свиток девятый

 
- Что ж он так молотком грохочет, - простонал Мэр, держась за голову, - да еще с утра. А мы, между прочим, вчера праздновали… не помню что. Но праздновали. А он молотком. У меня же голова сейчас лопнет!
- Да брось ты, - коварно сказал Начальник Полиции, которого праздновать вчера не взяли. Голова у него, соответственно, не болела, зато мучила сильная зависть ко вчерашнему чужому веселью, - пошли, лучше почитаем, что они там еще расшифровали.
- Иди сам, - со стоном откинулся на спинку кресла Мэр, - и скажи ему там, чтобы он потише молотил, а?


О том, что во время землетрясения нельзя находиться под крышей, знали все. Даже дети. Поэтому, когда дом ощутимо тряхнуло, и со стола с жалобным звяканьем посыпалась посуда, мысли об ужине сразу отошли на второй план. Второй толчок застал всю немаленькую семью известного Уайтлендского лекаря уже на улице. Дети предсказуемо ревели от страха, женщины суетились, пытаясь их успокоить, а глава семейства невозмутимо жевал прихваченную со стола котлету.
Третье сотрясение земли сопровождалось жутким грохотом. Как будто невидимый великан уронил кучу великанских железных кастрюль, и в расстройстве принялся пинать их ногами, обутыми в железные же сапоги. Примолкшие было дети разревелись снова, да так громко, что временами перекрывали даже доносящееся откуда-то со стороны воздушного порта металлическое лязганье.
Глава семейства проглотил котлету, с наслаждением вытер руки об парадные штаны и задумался. Падать в городе было нечему. То есть, конечно, уронить нашлось бы что, но оно всё было не железное и так греметь не могло. Следовательно, на порт уронили что-то постороннее. Железный дирижабль, например. Или очень большую кучу кастрюль. - Откуда бы там кастрюлям взяться? – удивилась жена.
Сообразив, что последние слова он произнес вслух, лекарь поморщился и заявил, что пойдет, посмотрит, что там вообще происходит. Благо землетрясение, похоже, закончилось, и передвигаться по городу можно более-менее безопасно.
Слова его были немедленно опровергнуты самой природой. Вновь заходила ходуном земля, и донесся все тот же металлический звук, как будто… как будто кастрюли упали.
Посетовав про себя, что прерванный – да что там, практически не начатый ужин сильно ограничивает способность мыслить, лекарь поднял с земли сумку с лекарствами и двинулся к воздушному порту.
Идти приходилось осторожно, держась центра улицы, чтобы не получить подарка в виде сорвавшегося с крыши какого-нибудь дома камня. Да и под ноги смотреть надо было внимательно. Сломать ногу обо что-нибудь уже упавшее лекарю тоже не хотелось. Так что дорога, занимавшая в обычное время от силы четверть часа, растянулась минут на сорок. Грохот и лязганье всё это время не прекращались, но подземных толчков, к счастью, больше не было.
Дойдя до порта, и с третьей попытки преодолев рухнувший забор, он двинулся к билетной кассе. Но, оглядевшись, наконец, по сторонам, застыл с открытым ртом, глупо хлопая глазами.
Вместо кассы и прочих построек на площадке громоздилась гора обитых железом ящиков. А над ними… Пришвартованные к вышкам, над ними зависли дирижабли. Не те легкие прогулочные судна, которые привыкли видеть и встречать радостными криками жители Уайтленда, нет. А грозные, ощетинившиеся оружием, боевые воздушные корабли с эмблемами Грэйфорда. Ровно пять штук, пересчитал лекарь, икнул и сел прямо на землю, потому что подгибающиеся ноги держать его отказались.
Ковыляющий к порту Мэр, видимо, испытывал те же проблемы с конечностями. Передвигался он медленно и неуверенно, бледен был, как простыня, но выглядел решительно. То ли перед незваными гостями лицо держал, то ли перед сползающимися к месту происшествия жителями Уайтленда. Хотя, упади он в обморок или забейся в истерике, никто из горожан бы его не осудил. Слишком жутко это всё выглядело.
- Неужели он туда полезет? – раздался дрожащий голос где-то сзади.
От неожиданности лекаря аж подбросило. Уронив сумку, он принялся жадно хватать ртом воздух, пытаясь успокоить бешено заколотившееся сердце.
- К-куда? – кое-как справившись с дыханием, выдавил он из себя.
Напугавший его человек молча ткнул пальцем в сторону боевых дирижаблей. Прищурившись, лекарь разглядел болтающуюся веревочную лестницу, к которой уже подходил Мэр, и затряс головой:
- Не самоубийца же он!
- Все равно кому-то туда лезть придется, - прошептал его собеседник, - лучше уж поговорить, пока предлагают, а то как обидятся, да как вдарят из всех пушек разом… а так, может, еще и обойдется.
Площадка порта постепенно заполнялась народом. Неверный, пляшущий свет факелов искажал выхваченные из темноты лица, заставлял плясать по земле гигантские кривляющиеся тени, окрашивал всё происходящее оттенком легкого безумия. И маленькая человеческая фигурка посреди этой фантасмагории казалась ребенком, по странной случайности попавшим в чужой ночной кошмар.
Мэр подергал лестницу, проверяя на прочность, и принялся карабкаться вверх. Откуда-то из темноты донесся захлебывающийся женский крик. Лекарь, точно знавший, что Мэр не женат, почувствовал укол неуместного, но от этого не менее острого любопытства. И тут же устыдился столь несвоевременных мыслей.
Наконец, фигурка скрылась в дирижабле, и площадку окутала густая, физически ощутимая тишина. Собравшиеся в порту люди прекратили перешептываться, шевелиться и, кажется, даже дышать. Сколько времени это длилось, сказать не мог никто. Может быть, десять минут, может, час, а может быть, десять лет…
Лестница качнулась, потом еще раз, потом показались ноги, а следом за ними и остальные части Мэра. Всё вместе вполне живое и дееспособное. Одной рукой Мэр прижимал к себе стянутые в тугой рулон свитки.
Помучавшись минут пять, он сообразил бросить пергамент на землю, после чего преодолел оставшиеся ступеньки с небывалой скоростью. Подобрав рулон, он сломя голову ринулся к бывшим, ныне валяющимся на земле воротам, что-то крича на бегу.
Дураков среди жителей Уайтленда не было, взлет дирижаблей видели все и неоднократно, последствия для оказавшихся поблизости представляли себе хорошо, так что площадка очистилась в рекордно короткое время.
Отбытие Грэйфордских дирижаблей лекарь наблюдал под аккомпанемент энергичных выражений Мэра, который охотно рассказывал всем желающим, как он относится к дирижаблям, в каком месте он видел эти новые технологии, куда именно он бы с удовольствием послал незваных дарителей и для чего лично он, Мэр, предлагает использовать вот эти самые чертежи. Главный Инженер немедленно завладел рулоном с надписью на опояске «Технология изготовления механических жуков» и впал в исследовательский азарт.
Спать в эту ночь так никто и не лёг. Лекарь носился по городу, оказывая помощь пострадавшим от землетрясения, и заодно собирая всяческие слухи и сплетни. Жители города приводили в порядок пострадавшее жильё. В порту, предусмотрительно оцепленном полицией, работники ремонтной мастерской вскрывали ящики с непонятными, упакованными в мягкую стружку деталями. Главный Инженер путался у них под ногами, радуясь странным железкам и деревяшкам, как ребенок, которому добрый дедушка насыпал кучу конфет в ярких разноцветных бумажках. А Мэр сидел на поваленном заборе и теребил в руках кусочек пергамента.
- Так что там все-таки внутри, в дирижаблях этих? – подсунулся к нему сгорающий от любопытства Начальник Полиции. – Что ты там видел-то?
Мэр невпопад кивнул, поднялся, сделал несколько шагов в сторону и крепко сжал пергамент в кулаке. Сверкнула вспышка, Начальник полиции непроизвольно шарахнулся в сторону и обомлел. Мэр исчез. Распрямлялась примятая им трава, и спланировал на землю слегка обгоревший свиток с надписью «Грэйфорд» и кусочком карты.
- Что это было? – ошалело захлопал глазами Начальник Полиции. – Что это он? Куда? Зачем?
- Скорее почему, - поправил его Главный Инженер, внимательно рассматривая уже использованный телепорт. – Ты обратил внимания, что из дирижаблей так никто и не вышел?
- Ну… да.
- И никогда они оттуда не выходят. И к ним туда обычно никто не заходит. И никто не знает, как они выглядят. И люди ли они вообще?
- Но Мэр-то наш их видел, - захлопал глазами Начальник Полиции, явно туго соображавший после ночных приключений.
- И где он теперь, Мэр? – сорвался на крик Главный Инженер. – Почему, почему он активировал этот свиток? Почему он никому ничего не рассказал?
Подошедший лекарь сунул ему склянку с успокоительным, похлопал по плечу и мягко сказал:
- Видимо, были на то причины. Может, оно и к лучшему, что мы их не знаем…